TEXNEWS

  Наверное, в каком-то далёком будущем настырные ученые изобретут технологии 5 D , позволяющие камням рассказывать о том, что они видели и даже слышали на протяжении столетий. Сколько всего интересного можно будет узнать из исторической памяти римского Колизея, лондонского Тауэра, московского Кремля и парижского Лувра! Уверен, эти истории – по своему драматизму, накалу страстей, - затмят самые смелые фантазии из книг Дюма, Дрюона и даже Акунина. Откроются такие тайны, что даже потомки Дэна Брауна завистливо будут курить в стороне. Когда планируешь путешествие по городу с богатой историей, всегда пытаешься посетить места, которые обозначены как обязательные к просмотру в любой туристической брошюре: будь то фонтан Треви в Риме или башня Белен в Лиссабоне. Был у нас такой список и перед поездкой в австрийскую столицу, где мы должны были провести два дня во время речного круиза по Дунаю. Хотелось увидеть всё: и знаменитую венскую оперу, и собор святого Стефана, и ратушу, и попро...

    «НАМ ПЛЕВАТЬ НА   СТАРЫЕ   И НА НОВЫЕ САНКЦИИ   США И ЕВРОПЫ» В.В. Путин Когда в 2014 году правительство США объявило о целом ряде санкций в отношении должностных лиц и некоторых российских компаний России, многие СМИ сравнили эти санкции с политикой администраций американских президентов Картера и Рейгана по отношению к СССР в 80-х годах ХХ века. Во многом, это справедливое сравнение. В марте 1980 года правительство США (а вслед за ним - Канады, Японии и страны Общего Рынка) ввело ограничение на поставки в СССР техники, оборудования передовой технологии. Кроме того, были прекращены поставки зерна, кормов, птицы и других видов продовольствия в СССР. Ну, и самое главное, Советский Союз лишился банковских займов в западных банках. Вот как эту ситуацию записал в своём личном дневнике член Центральной ревизионной комиссии ЦК КПСС, а в будущем, помощник Генерального Секретаря ЦК КПСС, Анатолий Сергеевич Черняев: “Весь мир нас осудил и проклял: в ...

*** Я взбегаю по лестнице, той, что падает вниз. Окна месяцем светятся сквозь казённый карниз. Я взбегаю по лестнице, к той, что даже не ждёт, Пусть злорадствуют сплетницы- от ворот поворот. Я взбегаю по лестнице, я всё твёрже иду - Где-то каются грешницы в тёмно-красном аду. Я взбегаю по лестнице, я бегу в никуда… Но в грядущее верится, верить нужно всегда. Я взбегаю по лестнице.  *** Уже казалось, навсегда Ушла, уехала, умчалась неотвратимая беда, Что нам с тобою повстречалась Но затаившись в темноте, Беда, усталости не зная, ждала... И тень по всей стене Ничем ее не выдавала. Я не заметил, проглядел, Так поделом теперь расплата, - Ненаступающий предел Изменчивого постулата. И словно нить оборвалась, Перекрутившись многократно, Любовь тогда теряет власть, Когда становится понятна. Когда становится взрослей, Держась за страсть к привычкам старым. Как печи полные углей, Еще дрожат вчерашним жаром. Уже казалось, навсегда Ушла, уехала, умчалась.... ***

  Из будущей книги "Take it easy. Заокеанские байки". Думаю, мало кто будет со мной спорить о том, что в 70-х годах советские киностудии выпускали очень мало хороших комедий. На общем фоне, конечно, выделялся Леонид Гайдай, каждую его новую работу советские люди спешили посмотреть в кинотеатрах, иногда выстраиваясь в многочасовые очереди. По-моему, последней высококлассной лентой Гайдая стал фильм “Иван Васильевич меняет профессию”, который я посмотрел еще в далёком детстве, а потом пересматривал не меньше двадцати раз. Еще увлечение историей допетровской Руси переплелось причудливо с любовью к комедиям, и я знал наизусть, практически весь фильм, включая титры. Вот титры и заставили меня задуматься. В самом начале фильма было написано на экране, что фильм снят по пьесе Михаила Булгакова “Иван Васильевич”. Где бы почитать эту пьесу? Ведь, наверняка, в пьесе есть намного больше, чем удалось вместить на экран в стандартные один час тридцать минут! Нельзя сказать, что я ...

  В то последнее лето моего детства изнуряющая жара стояла уже с середины мая. Это сейчас в Техасе для меня летом + 40 — совершенная ерунда. А для маленького военного городка на севере Украины, тогда такая жара была целым событием, которое вспоминается, наверное, местными жителями до сих пор. Я хорошо запомнил то время, потому что тем летом для многих моих ровесников, живших в Овруче, небольшом военном городке, затерянном в полесских лесах, детство закончилось навсегда. В следующем 1980 году, которого мы с нетерпением ждали из-за Олимпиады в Москве, то у одного, то у другого из наших друзей стали уезжать их отцы-военные. Как тогда говорили — «в командировку». И уже еще через год некоторые из них возвращались из этих командировок в цинковых гробах, которые велено было не открывать. Да и невозможно их было открыть — они были запаяны. Но тогда, тем жарким летом, мы ничего не знали о будущей афганской войне и о том, что и мы сами в ней успеем ещё поучаствовать. Летние каникулы начались...