Дрезден. Февраль 1945 года

 Правда о том, почему авиация союзников бомбила Дрезден в феврале 1945 года.

Из книги "Вторая мировая война. Полная история" Мартина Гилберта.

4 февраля американские войска прорвали внешние оборонительные рубежи линии Зигфрида под Брандшейдом. Сталин, Рузвельт и Черчилль встретились в крымском курортном городе Ялта, чтобы обсудить политическое устройство послевоенной Европы, и в частности Польши. После того как два западных лидера оказали решительное давление на Сталина, тот согласился дать заверения, что в Польше будут проведены свободные выборы, в которых смогут принять участие все политические партии.

Кроме того, 4 февраля первый заместитель начальника Генерального штаба Красной армии генерал армии А. И. Антонов обратился к «Большой тройке» с просьбой о поддержке бомбардировками со стороны Британии и Америки, «чтобы не позволить противнику перебрасывать войска с Западного фронта, а также из Италии и Норвегии на восток». То, о чем просил Антонов, называлось «воздушными налетами на пути сообщения». Этот советский запрос об англо-американской воздушной поддержке был представлен «Большой тройке» на заседании в полдень 4 февраля. Антонов сообщил собравшимся, что немцы прямо тогда перебрасывали на Восточный фронт восемь дивизий из внутренних районов Германии, восемь из Италии, три из Норвегии и еще двенадцать с Западного фронта в дополнение к шести уже переброшенным. Преувеличенная оценка Антонова — например, из Италии перебрасывались только четыре дивизии — позволила Сталину спросить Черчилля и Рузвельта, каковы их пожелания «в адрес Красной армии», на что Черчилль ответил, что они хотели бы, чтобы советское наступление продолжалось.

То, что вмешательство англо-американской авиации было необходимо безотлагательно, стало ясно благодаря выдержке из журнала британского правительства, в которой указывалось, что «на участке от излучины Одера к северо-западу от Глогау до Карпат все атаки русских натолкнулись на укрепившуюся оборону немцев и не имели успеха». На следующий день, согласно меморандуму Объединенного комитета начальников штабов, начальники британских штабов приняли совместное решение «делать все возможное для поддержки наступления Красной армии». В тот же день на совместном совещании британских, американских и советского начальников штабов генерал армии Антонов предупредил западных генералов, что если союзники «не сумеют в полной мере воспользоваться превосходством в воздухе, то у советских войск не окажется достаточно превосходства на земле, чтобы сломить сопротивление противника».

Британские и американские начальники штабов немедленно согласились снять часть бомбардировщиков, занимавшихся атаками на немецкие топливные резервы и хранилища — это было тогда приоритетом — и направить их на атаки против путей сообщения вермахта в районе Берлина — Дрездена — Лейпцига. Они также согласились с предложением Антонова, что три этих города будут «переданы военно-воздушным силам союзников», а советским бомбардировщикам достанутся более восточные цели.

Таким образом, в Ялте, при попытке помочь Красной армии остановить перемещение немецких войск через Дрезден и другие города на Восточный фронт, была решена участь Дрездена, который для «Бомбардировщика» Харриса оставался одним из немногих крупных городов, еще не подвергавшихся бомбардировкам. Именно Харрис, пользуясь своими полномочиями главы бомбардировочного командования, на протяжении долгого времени сопротивлялся призывам сосредоточить военно-воздушные силы против немецких топливных мощностей, возлагая свои надежды — которые вся разведка союзников, включая «Ультра», понимала неправильно — на создание пожаров и руин.

Ночью 13 февраля 245 британских бомбардировщиков нанесли удар по Дрездену, а через три с половиной часа за ними прилетели еще 529 — это было частью англо-американского плана, согласованного на Ялтинской конференции: на максимально возможный срок задержать подкрепления, которые немцы перебрасывали из Норвегии, Италии и Нидерландов на Европейский театр военных действий в район Бреслау. Перед ними была поставлена цель разрушить в городе железнодорожные сортировочные станции. В ходе первого налета в результате часовой бомбардировки возник пожар, охвативший 28 квадратных километров городской территории.

На следующее утро вслед за английским состоялся и американский воздушный налет, в котором приняли участие 450 бомбардировщиков. Целью его также были сортировочные станции. Дрезден, чей древний городской центр был до того не тронут войной, теперь пылал; некоторые из очагов пожара не удавалось потушить на протяжении семи дней и ночей. Более чем из 1200 самолетов, сбросивших бомбы на город, было сбито только восемь. Для британских бомбардировщиков это минимальные относительные потери над Германией и самое глубокое проникновение в Германию. Бо́льшая часть сил ПВО Дрездена была отправлена на Восточный фронт, на оборону Рура и на защиту заводов по производству синтетического топлива.

Утром 14 февраля вслед за налетом на Дрезден американские бомбардировщики сбросили 642 тонны бомб на Хемниц и 752 тонны — на Магдебург...

В тот же день был подготовлен первый отчет о налете на Дрезден. Он основывался на данных аэрофотосъемки. Хотя в нем не указывалось число жертв, в отчете отмечалось, что, судя по фотографиям, Дрездену нанесен «значительный материальный ущерб», а также что, «судя по выжженным кварталам, часть города, по-видимому, уничтожена пожарами». Спустя неделю Комитету начальников штабов сообщили, что интерпретировать последующие фотографии, полученные 15 февраля, «оказалось затруднительно» из-за «дыма от пожаров, которые продолжаются более тридцати шести часов, прошедшие с последней атаки».

Утром 15 февраля, менее чем через тридцать шесть часов после того, как первые британские бомбардировщики пролетели над Дрезденом, город атаковала вторая волна из двухсот американских бомбардировщиков — предполагалось, что разрушения будут еще больше, если совершить налет тогда, когда пожарные расчеты с техникой продолжают работать на улицах и по ним можно нанести удар.

Число жертв в Дрездене точно не подсчитано. Всего официально признали погибшими 39 733 человека, чьи тела нашли в городе и зарегистрировали, большинство из них погибли в огне. Еще по крайней мере 20 000 тел оказались погребены под руинами либо обгорели до такой степени, что не поддавались опознанию. Надпись над массовым захоронением на городском кладбище Дрездена гласит: «Сколько человек погибло? Кто знает их число?» Ответить не осмеливается никто.

Зарево над Дрезденом было видно в ночном небе на много километров вокруг: совершенно невероятное зрелище в сердце Германии. Один из еврейских подневольных работников в трудовом лагере Шлибен, Бен Гельфготт, видевший в сентябре 1939 г., как горит польский город Сулеюв, позднее вспоминал багровое небо над Дрезденом: «Мы не только могли это видеть — сама земля содрогалась. Мы вышли посмотреть. Мы были на седьмом небе. Это было для нас как будто некое благо. Нам не надо было работать. Немцы спасались бегством. Мы знали, что приближался день нашего освобождения. Для всех нас он был безусловным спасением. Именно так мы и узнали, что конец войны близок».

Британских и американских военнопленных пригнали в Дрезден, чтобы они выкапывали трупы. Один из этих пленников, Курт Воннегут, впоследствии ставший известным американским писателем, вспоминал: «Каждый день мы выходили в город и раскапывали тела из подвалов и убежищ — это было санитарной мерой. Когда мы натыкались на них, то обычное убежище и самый обыкновенный подвал в большинстве случаев выглядели как трамвай, полный людей, у которых внезапно случился инфаркт. Люди просто сидели там в своих креслах, все мертвые». Такие необыкновенные события случались и ранее в некоторых разбомбленных немецких городах, начиная с пожара в Гамбурге за два с половиной года до того, когда погибло 42 000 человек.